Можно ли политику признаваться в том, что лечился от психического расстройства?
58
Станет ли для политиков нормальным признаваться в том, что они лечились в психиатрической больнице? Ведь это почти как каминг-аут
В США член Палаты представителей Конгресса, республиканец от штата Нью-Джерси Том Кейн отсутствовал около четырех месяцев. А на днях, придя, наконец, на работу, заявил, что не мог работать из-за депрессии.
«Я поступил в больницу для прохождения некоторых обследований. Я не думал, что это приведет к длительному пребыванию там. Мне поставили диагноз «депрессия». Когда люди слышат слово депрессия, многие думают, что это означает просто быть грустным. Но депрессия — это нечто гораздо большее. Это физическое и эмоциональное состояние, и пока вы не испытаете это на себе, трудно полностью понять, насколько сильным может быть это заболевание», — рассказал Том Кейн во время своего выступления в нижней палате Конгресса.
Конгресссмену врачи порекомендовали пройти стационарное лечение. Он выразил надежду, что по его примеру и другие также смогут обратиться за аналогичной медицинской помощью.
Так совпало, что одновременно с обнародованием болезни конгрессмена уже в России Минздрав проинформировал об обновлении стандарта помощи пациентам с той же депрессией — россиян с возвращающейся депрессией теперь будут лечить круглый год. В 2024 году были опубликованы актуальные клинические рекомендации Российского общества психиатров. И теперь стандарт обновлен для соответствия рекомендациям.
СМИ цитируют доцента кафедры психиатрии РУДН Романа Сулейманова, который называет новые положения стандарта «методологически безупречным биопсихосоциальным подходом». По мнению учёного, Минздрав таким образом признает, что депрессию нельзя лечить одними таблетками. Однако «отличная медицинская теория», по его словам, «рискует разбиться о суровую реальность в первом же региональном ПНД (психо-неврологическом диспансере, — прим. ред.), где ставки медицинских психологов и психотерапевтов вакантны годами, а один участковый психиатр разрывается на несколько участков». Сулейманов предположил, что «норма о трех обязательных визитах к врачу в год в рамках диспансерного наблюдения окончательно парализует очереди в провинциальных диспансерах». Более того, указанные в стандарте лазеротерапия, плазмаферез и БОС-тренинги — это уровень крупных столичных институтов, тогда как большинство районных больниц о таком оборудовании «могут только мечтать».
Напоминает ли публичное признание известного человека в психическом расстройстве каминг-аут, к которым в тех же США как будто стали привыкать? Политолог Константин Калачев, комментируя выступление конгрессмена, сказал изданию «Нос», что в Штатах в таких признаниях нет чего-то необычного: «Депрессия — это болезнь 21 века. Если бы алкоголизм или наркомания, это была бы другая история…» При этом он не считает, что в других странах такие признания станут обычной практикой.
Ранее руководитель нижегородского отделения Национальной ассоциации заслуженных врачей и наставников, глава сети клиник «Формула здоровья» Наталья Шурова рассказывала изданию «Московские ведомости», как предотвращать профессиональное выгорание врачей.