Сетевое издание

Я ищу ...

Как на фоне глобальной напряжённости возрастает роль Организации тюркских государств

Как на фоне глобальной напряжённости возрастает роль Организации тюркских государств
Фото: freepik

16 Марта 2023 21:12:17

3094

В Анкаре открывается внеочередной саммит Организации тюркских государств, посвящённый обсуждению совместной борьбы с последствиями стихийных бедствий и координации оказания гуманитарной помощи в чрезвычайных обстоятельствах

Встреча созвана по предложению президента Азербайджана Ильхама Алиева, однако сама тема стала особенно актуальной после катастрофического землетрясения в Турции, произошедшего 6 февраля и унёсшего жизни десятков тысяч человек. В саммите кроме Алиева принимают участие президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев, президент Кыргызстана Садыр Жапаров и президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев, а также представители стран-наблюдателей при ОТГ Туркменистана и Венгрии. Отмечается, что помимо основной темы на форуме будут обсуждаться и вопросы общей повестки дня. Как показывают прежние встречи этого формата, повестка эта самая широкая и свидетельствует о том, что на фоне геополитического противостояния Запада, России и Китая интеграция тюркоязычных государств продолжает углубляться, а тяжёлые события, такие как недавнее землетрясение, лишь придают дополнительный стимул этому процессу и открывают новые сферы сотрудничества.

Формально ОТГ появилась совсем недавно. Такое название в ноябре 2021 года было дано работавшему с 2009 года Совету сотрудничества тюркских государств. Эрдоган тогда подчёркивал, что новое название и структура позволят организации более активно развиваться и укрепляться, а также отмечал готовность объединения принимать в свои ряды новых членов. Уже тогда было понятно, что Турция в рамках своей пантюркистской стратегии возлагает большие надежды на эту организацию. Спустя год, когда состоялся саммит ОТГ в Самарканде, наблюдатели констатировали, что участники встречи стремятся продемонстрировать значимость объединения, которое следует воспринимать уже не как формальное содружество этнически близких стран, а как полноценного субъекта международной политики. На полях саммита звучало много соответствующей риторики о том, что тюркская цивилизация играла и продолжит играть важную роль в мире и должна стать связующим звеном между Востоком и Западом. Круг конкретных вопросов, которые обсуждались в Самарканде, также оказался внушительным и касался политической, экономической и культурной областей. Страны-члены ОТГ решили учредить совместный инвестиционный фонд, средства которого пойдут на обеспечение более динамичного развития экономики региона. Высокую активность в ходе переговоров проявил президент Казахстана Токаев. Он предложил создать общее образовательное пространство для вузов стран-участниц ОТГ, а также содействовать цифровизации и развитию высоких технологий, в том числе основать Центр цифровизации ОТГ в Астане.

Участники саммита много внимания уделили и российско-украинскому конфликту, делая упор на то, что именно Турция и её партнёры по ОТГ могут сыграть ключевую роль в урегулировании конфликта и заключении справедливого мира. Обращало на себя внимание стремление Турции и других стран объединения через ОТГ расширить военно-политическое влияние в регионе. Азербайджан использовал данную площадку, чтобы упрочить свои позиции на недавно отвоёванных территориях Карабаха. Баку активно договаривается с государствами-партнёрами о развитии различных проектов на возвращённых землях. Разумеется, наиболее активное участие в восстановлении Карабаха принимает Турция, однако постепенно в этот процесс вовлекаются и другие страны. Например, в регион уже зашли строительные компании из Узбекистана. Анкара, в свою очередь, настойчиво, хоть и с переменным успехом, пытается через ОТГ легитимизировать международный статус Турецкой Республики Северного Кипра – признанного одной лишь Турцией квази-государства, занимающего часть острова Кипр и много десятилетий служащего предметом разногласий между Турцией и ЕС. Эрдоган даже заявил, что ТРСК был предоставлен статус наблюдателя при Организации тюркских государств, однако окончательной ясности в этот вопрос так и не было внесено из-за сдержанной позиции Казахстана и Узбекистана. Более успешно развивается сотрудничество в сфере обороны и безопасности между действующими членами ОТГ.

В конце прошлого года в Турции прошли совместные антитеррористические учения. Первый генсек Тюркского совета и экс-посол Турции в РФ Халил Акынджи уверен, что военное сотрудничество между членами ОТГ будет продолжаться, хотя создания какого-то формализованного оборонного альянса ждать и не стоит.

И, кажется, такое военно-политическое сближение, как и в целом возросшая активность Турции на постсоветском пространстве, немало беспокоит Россию, традиционно считавшую этот регион зоной своего исключительного влияния. Всё чаще звучат опасения о грядущем конфликте интересов Турции и России в Закавказье и Центральной Азии, первыми предвестниками которого стала турецкая помощь Азербайджану в борьбе за Карабах и Кыргызстану в его приграничных стычках с Таджикистаном. Эксперт Института национальной стратегии Раис Сулейманов отмечает, что Анкара стремится переориентировать на себя республики бывшего СССР, причём прежде всего в международно-политическом плане. Сотрудник Института стран СНГ Андрей Грозин добавляет, что особенно успешно реализуются турецкие научные и культурные программы, поэтому Москве стоило бы уделять больше внимания так называемой «мягкой силе» в отношениях со странами Центральной Азии.

К слову, ОТГ в перспективе может попытаться привлечь к своей деятельности не только суверенные государства, но и непризнанные территории или регионы в составе других стран. Инициатива Анкары по поводу Северного Кипра может оказаться лишь пробным шагом в этом направлении. Идея о расширении этой практики прозвучала в прошлом году из уст депутата Милли Меджлиса (парламента) Азербайджана Расима Мусабекова. Он заявил, что в будущем ОТГ могла бы сотрудничать не только с государствами, но и с другими политическими субъектами, являющимися частью тюркского мира, среди которых парламентарий называл Татарстан и Башкортостан. Мусабеков оговорился, что такое экономическое или культурное сотрудничество может развиваться лишь с согласия правительств тех стран, в которые входят эти регионы, но даже такая постановка вопроса может показаться для Москвы тревожным сигналом о возможных попытках вмешательства во внутренние дела уже самой РФ.

После того, как усилия российской внешней политики оказались сосредоточены на западном направлении, у Турции появилось дополнительное окно возможностей для усиления своего влияния на постсоветском пространстве. Анкара этим активно пользуется, а республики Центральной Азии, кажется, вполне удовлетворены этим шансом диверсифицировать свои международные связи. Даже сегодняшний внеочередной саммит, который априори имеет достаточно узкую специализацию и сконцентрирован на теме ликвидации последствий стихийных бедствий, оказания гумпомощи и смежных вопросах, стал площадкой для укрепления сотрудничества в других областях. Так, президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев выдвинул ряд инициатив по культурному сотрудничеству, укреплению контактов молодёжи из стран-членов ОТГ и развитию промышленной кооперации. Азербайджанская сторона, в свою очередь, также использует тему помощи Турции в ликвидации последствий землетрясения для обсуждения более широких экономических вопросов, таких как содействие региональной торговле и развитие транспортно-логистической инфраструктуры. А более полных представлений о перспективах развития организации, как и более интересных политических итогов, вероятно, следует ждать от октябрьского саммита, который будет уже плановым, а не чрезвычайным, и пройдёт в Казахстане.

Пока же тюркское объединение, очевидно, становится частью новой геополитической реальности. И если Россия к нему относится осторожно, видя в ОТГ потенциального соперника собственным интеграционным проектам, Запад, судя по всему, смотрит на укрепление пантюркистского объединения в целом позитивно. Как уже говорилось выше, у Евросоюза с Турцией есть ряд разногласий, в том числе по статусу Кипра. У Вашингтона отношения с Анкарой тоже не безоблачные. Однако развитие ОТГ, судя по всему, отвечает интересам ЕС и США.

Аналитик Международного налогового и инвестиционного центра Уэсли Хилл объясняет, что усиление этой международной организации позволит проложить надёжные коммуникации для торговли энергоресурсами и другими товарами между Центральной Азией и Европой, в том числе через Турцию. По словам эксперта, США хотели бы видеть в ОТГ преимущественно экономическое объединение, а военно-политический компонент для Запада здесь вторичен. Однако стоит добавить, что противовес российским интересам на постсоветском пространстве в развитии ОТГ наверняка видит не только сама Москва, но и Запад, и этот аспект также может рассматриваться позитивно с точки зрения Вашингтона и Брюсселя. В любом случае очевидно, что значение тюркского интеграционного проекта не ограничивается региональным уровнем. Данное объединение, вероятно, будет играть возрастающую роль на международной арене и может оказать заметное влияние на дальнейшие взаимоотношения России и Запада.

По всей видимости, организация тюркских государств, во многом благодаря усилиям Эрдогана, но при достаточно активном участии и других своих членов, быстро перестала быть сугубо формальным объединением, и за решениями этого международного института теперь стоит внимательно следить.

Автор: Алексей Черников

Теги: Турция | политика | саммит |

Социальные сети