Инвесторы ожидают в США «горячую» экономику
72
Мировая экономика снова сфокусировалась на США: особые политические условия предали Вашингтону особый статус. Теперь американский рынок сочетает в себе и стабильность, и возможности. По мнению экономистов, необходимо следить за трендами разных секторов «горячей» экономики США
Инвестиции несмотря на сложности
Американская экономика сформировалась в уникальный экономический феномен: несмотря на политико-экономическую нестабильность, она выступает и локомотивом экономического роста, и «безопасной гаванью» для инвесторов. По разным оценкам, рост ВВП США достигал от 4,4% до 5,4% в 2025 г. Экономисты отмечают: вкладчики не требуют высокую премию за риск при покупке корпоративных облигаций – они уверены в способности компаний выплачивать долги и щедро финансируют частный бизнес. Всё это происходит при постоянном риске инфляции: речь идёт о «горячей» экономике, где «новые» деньги моментально выступают дополнительным инфляционным фактором. По мнению финансистов, данные об американской экономике показывают: США способны заменить собой глобальный рост практически в одиночку на протяжении ещё нескольких лет.
Рыночный оптимизм опирается не только на статистику, но и на ожидания от действий Трампа: заявления президента США описывают привлекательную политико‑экономическую «почву» в Вашингтоне. Так, администрация Трампа демонстрирует: сочетание тактических и стратегических планов США включает налоговые послабления и возможный рост бюджетных расходов – традиционный путь к дефициту бюджета. В особенности внимание на этом фоне привлекает использование администрацией давления на ФРС: Белому дому нужны более низкие ставки ради продолжения роста перед промежуточными выборами. Для рынков это показатель: монетарная политика будет менее жёсткая, капитал ставит на «вынужденный» рост под давлением политики.
Будут ли вложения вне ИИ сектора?
Основным драйвером ВВП страны за 2025 г. стал искусственный интеллект. Значительная часть ускорения ВВП связана с инвестициями в дата‑центры, высокопроизводительные чипы, облачную инфраструктуру и сопутствующее ПО. По этой причине структура национального хозяйства приходит в дисбаланс: ранее издание «Нос» обозревало феномен «странной экономики» Трампа. Крупнейшие игроки концентрируют расходы именно «вокруг ИИ», рассчитывая на будущий рост производительности, коммерциализации, государственных субсидий и возможное монопольное положение. Несмотря на критику такого подхода, положительное внешнее влияние новых технологий есть: эффект ИИ распространяется на строительство, энергетику, логистику, «телеком» и образовательные услуги.
Экономисты отмечают медленное падение сектора в течение «горячего» роста. Такие отрасли как промышленность – чувствительны к высоким ставкам и сильному доллару. Инвесторы ориентируются на «локомотивы», компенсирующие провалы роста и сохранение «общей картины». Ранее издание «Пульс дня» провело анализиз роли ИИ в других секторах экономики и общественной жизни: для размещения и обслуживания машинных мощностей требуется инфраструктура и квалифицированные кадры.
Инвесторы «игнорируют» политику
Американская внешняя политика сформировала для самих США привлекательное место в мировой экономике: рынки оптимистично смотрят на Соединенные Штаты Америки, несмотря на нарастающую фрагментацию глобальной торговли именно из‑за американских внешнеэкономических мер. Так, политическая борьба через тарифы, расширение гос. контроля за экспортом, санкционные режимы и меры по «френд-шорингу» (friends-shoring) – усилению логистики через дружественные страны – ухудшают условия мировой торговли формально. Нестандартно для макроэкономики, данные меры в конце концов усиливают относительное положение самих США: «кризис глобализации» привёл к перераспределение риска в пользу американского центра.
Рынки уже сегодня закладывают в цены более высокую инфляцию и рост процентных ставок на дальнейшие годы. Несмотря на это инвесторы спешат купить американские активы уже сейчас, пока доллар ещё сильный, ожидая его ослабления в будущем: создание «спирали» современного цикла США – спрос способствует росту, а он в свою очередь порождает ещё больше спроса.
Для остального мира «горячие» показатели США являются как возможностью, так и ловушкой. Развивающиеся страны ставят на спрос богатого американского потребителя и государства и экспортируют несмотря на слабые внутренние рынки, а платят за это ростом долга в долларах и оттоком капитала в сторону США. Высокие американские ставки привлекают денежную массу из других стран: те, кто зависит от иностранных инвестиций, вынуждены или ужесточить финансовую политику или смириться с восстановлением американской гегемонии. Так, формируется новая финансовая архитектура: США выигрывают, а «экономическая провинция» – тратит.
В самих США дебаты о цене приравниваются к историческим вопросам развития страны: такие процессы как фискальное расширение, мягкая монетарная риторика и нарастающий технологический бум усиливают зависимость от Вашингтона от долгового финансирования. Продолжение такого сценария утвердит за США статус единственного глобального «локомотива» с «хрупкой» архитектурой экономики.
Мнение экспертов
По мнению экономиста Платона Шмелёва, основной целью руководства США станет вопрос адаптации новых инвестиций без разрушающих экономику тенденций «горячего рынка».
«Экономика США демонстрирует мощный рост, который, однако, опирается на узкий круг драйверов и несёт в себе нарастающие дисбалансы. Ключевыми двигателями выступили устойчивые потребительские расходы (рост на 3,5%) и восстановление экспорта. Особую роль играет бум инвестиций в искусственный интеллект и сопутствующую инфраструктуру (оборудование, ПО, дата-центры).
Анализ ФРС Сент-Луиса показывает, что в первой половине 2025 года вклад этих инвестиций в рост ВВП даже превзошёл показатели эпохи доткомов. Однако эта «горячая» динамика сопровождается ускоряющейся инфляцией (дефлятор ВВП вырос на 3,8% в том же квартале), что в сочетании с напряжённым рынком труда заставляет Федеральную резервную систему сохранять высокие процентные ставки, несмотря на политическое давление.
Уверенность инвесторов в этой модели сталкивается с серьёзными макроэкономическими рисками, угрожающими её устойчивости в среднесрочной перспективе.
Во-первых, рост является крайне неравномерным: инвестиции в основной капитал уже резко замедлились, а жилищное строительство сокращается.
Во-вторых, политика сочетания экспансионистской фискальной политики (новые налоговые послабления и расходы) и потенциально вынужденно мягкой монетарной политики ведёт к увеличению и без того высокого государственного долга.
В-третьих, инфляционное давление, подпитываемое, в том числе тарифами, по прогнозам UBS, сохранится как минимум до середины 2026 года, удерживая показатель выше целевого уровня ФРС. Это ограничивает пространство для манёвра ФРС и создаёт уязвимость для финансовых рынков. Таким образом, «горячая» экономика США действительно служит глобальным локомотивом, но её траектория во многом зависит от того, удастся ли смягчить инфляцию и избежать перегрева без существенных потерь, что становится главным вызовом для экономической политики», — рассказал экономист.